ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ

Найдено 3 определения
Показать: [все] [проще] [сложнее]

Автор: [российский] Время: [советское] [постсоветское] [современное]

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ
General Secretary; Secretary-General) - высшее должностное лицо в какой-либо организации. Например, Г.с. ООН, Г.с. КПСС.

Источник: Власть. Политика. Государственная служба. Словарь

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ
1) руководящий пост во многих коммунистических и рабочих партиях. В Уставе Коммунистической партии Советского Союза указано, что Центральный Комитет избирает Генерального секретаря ЦК КПСС. С марта 1985 Генеральным секретарем ЦК КПСС является товарищ М. С. Горбачев; 2) главное административное должностное лицо (напр., Г. с. ООН, назначаемый Генеральной Ассамблеей ООН по рекомендации Совета Безопасности).

Источник: Краткий политический словарь. 4-е изд. доп.-М. Политиздат 1987

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ
(сокращенно — генсек) — глава советской компартии, который по существу является и правителем государства. Г. с. — типичное порождение советской системы. Власть его не узаконена демократическими выборами — он назначается, по представлению Политбюро, узким кругом партфункционеров на пленуме ЦК- Единственным обоснованием его власти является сама власть. И он вынужден утверждать ее (и себя в ней) через постоянную демонстрацию непрерывных «успехов» и «достижений» режима и борьбу с партийным аппаратом. Иначе с неизбежностью возникает вопрос: на каком основании Г. с. правит страной, распоряжается ее богатствами и судьбами людей? Партийный аппарат, пока возможно, стремится не дать в руки генсека всей полноты власти. Чтобы противостоять его честолюбивым устремлениям, используется хитроумное построение советского режима, которое на партийном языке именуется «коллективным руководством». Изобретение вынуждает любого советского руководителя — перед выходом на орбиту «диктаторства» — некоторое время пребывать в невесомости внутри раздираемого противоречиями Политбюро, где недруги генсека по любому обсуждаемому вопросу всегда — «против» , а сторонники иногда, но не всегда - «за» , и где решается роковой вопрос: кому из членов Политбюро быть, а кому — не быть.
Сила генсека прямо пропорциональна слабости членов Политбюро. Члены же Политбюро видят свою задачу в поддержании деликатного баланса: не позволять генсеку чрезмерно возвыситься (что грозит потерей влияния на него), но и не допускать полного крушения его авторитета (ибо, только опираясь на него, они могут реализовать свои честолюбивые замыслы). Так, отдавая в руки генсека штурвал власти, члены Политбюро стремятся сохранить приводные ремни этой власти в своих руках. Но тут возникает противоречие между субъективными устремлениями соратников генсека ограничить его права жесткими политическими рамками и объективно заложенной в статусе генсека тенденцией к тоталитаризации и концентрации власти.
Источник и основа силы генсека — Политбюро и Секретариат ЦК; ему необходимо гарантированное и устойчивое большинство в обоих органах. С этой целью генсек в одинаковой мере стремится избавиться и от тех, кто помог ему подняться к власти, и от тех, кто противодействовал его восхождению на вершину партийной пирамиды. От первых зависит он, вторые зависят от него. Эта двойная система зависимости служит препятствием к превращению генсека из «первого среди равных» в «первого среди неравных» в Политбюро. Зависимость Г. с. от других ограничивает его свободу действий; зависимость других от него таит в себе потенциальную угрозу его власти. Так что для него важно, чтобы членами Политбюро становились люди не просто зависимые, а лично ему всем обязанные — каждый генсек стпемится к этому.
Сталину для замещения большинства Политбюро своими людьми понадобилось 15 лет: он не торопился, так как стал генсеком в 43 года. Хрущев возглавил партию на грани пенсионного возраста — в 59 лет — и вынужден был провести этот процесс вдвое быстрее — за 7 лет. Брежнев, который пришел к власти, будучи всего на год моложе Хрущева, правил гораздо дольше и мог позволить себе «очищать» Политбюро дважды, заполнив его сперва «днепропетровским кланом» (1969—72 гг.), а затем — «молдавской мафией» (1977—80 гг.). Андропов оказался в совершеннейшем цейтноте: сроки обновления Политбюро пришлось «спрессовать» до одного года. Если болезни пощадят Черненко, он также постарается заполнить Политбюро своими людьми.
В нормах советской партийной жизни (как и в советской конституции) не предусмотрены система наследования и порядок преемственности. Смена Г. с. в СССР неизменно сопровождается отказом от политического курса предыдущего лидера с последующим его осуждением и разоблачением. В отказе от прошлого можно видеть определенную систематичность, продиктованную обстоятельствами. Каждый Г. с. действует в замкнутом и строго ограниченном социальном пространстве тоталитарной системы; выйти за ее рамки, оставаясь коммунистическим деятелем и не посягая на основополагающие принципы режима, он не может. Так что любое социальное творчество, будь то политическое конструирование или экономическое новаторство, сводится в СССР, по существу, к комбинациям с одними и теми же переменными: партийное единовластие, плановое руководство, централизованное управление, монополизированное хозяйство, государственное крепостничество. И каждый новый советский правитель, получивший власть над системой, или вернее подобранный системой в соответствии с ее потребностями, в состоянии проявить свою индивидуальность и самобытность, если она у него есть, только в рамках правил «коммунистической игры».
Возможностей здесь немного. Следовать по пути предшественника опасно: пришлось бы взять на себя ответственность за его ошибки и преступления. Остается по сути дела единственный вариант: отрицание целесообразности предшествующего этапа исторического развития вместе с отрицанием самого предшественника. Но коммунистическая система к 50-м годам XX столетия уже не поставляла «строительный материал» для реального, а не мифотворческого социального прогресса: к этому времени она исчерпала все свои способности к динамизму. В результате «отрицание» процессов, протекающих в «самом передовом» государстве, грозит подорвать власть того, кто на это отрицание решается, не приняв предварительно особых мер предосторожности. У коммунистических руководителей не остается другого выхода, как имитировать «утверждение» с помощью двойного отрицания: два социальных минуса, как и в алгебре, в соответствии с законами диалектики дают «плюс». Осуждение Хрущевым преступлений Сталина само по себе ничего не «утверждало». Но Хрущев не только «отрицал» Сталина, он выступил против сталинского «отрицания» Ленина. «Отрицание отрицания» выводило его к позитивным началам коммунистического мифа — к Ленину: к нему он апеллировал в своей борьбе с оппозицией, его именем и авторитетом прикрывал и оправдывал свои авантюрные эксперименты.
Брежнев действовал по тому же рецепту: заклеймив Хрущева, он воспротивился тотальной критике Сталина. Таким образом, из политической ткани «двойного отрицания» правители России кроили себе костюмы положительных героев. Историческое же движение в СССР тем временем превращалось в бег на месте: от Хрущева, минуя Сталина, - к Ленину; от Брежнева, через голову Хрущева, — к Сталину. Новым провозглашалось более или менее основательно позабытое старое. Основу амбиций Ленина составляли мировая революция и коммунистический интернационал. Сталин, захватив власть, сосредоточился на внутренних проблемах страны — на экономических вопросах и на борьбе с личными противниками. Его жизнь государственного деятеля оказалась настолько, однако, продолжительной, что это позволило ему с конца 30-х годов перенести центр тяжести на проблемы высшей политики: осознав, что с построением социализма в «отдельно взятой стране» ничего не получилось, он стал закладывать основы международного коммунистического лагеря.
Ленин и Сталин исчерпали весь небогатый диапазон социальных и экономических альтернатив советского строя. Далее можно было подражать либо одному из них, либо обоим одновременно, либо, наконец, создавать политические комбинации из элементов первого и второго. Впервые это сделал Хрущев. Осознав, что вести вперед «корабль» советского режима и опасно, и просто некуда (намеченный переход к коммунизму не состоялся), так как на закваске идей отмирания государства возникли центробежные силы, он попытался создать видимость движения, начав дерзко раскачивать государственный корабль по синусоиде — от Ленина к Сталину, до тех пор, пока не израсходовал все горючее, отпущенное ему партийной командой Политбюро. И тогда его сбросили с капитанского мостика и отправили на пенсию.
Его преемник Брежнев был настолько напуган социальными манипуляциями Хрущева, что чуть ли не полностью отстранился от внутренних государственных проблем: он скромно похоронил идеи экономических реформ и переключился на реформы внешнеполитические. Восстановилась связь советских времен: Брежнев завершил «дело» Сталина — коммунизм расползся по всем континентам, СССР превратился в мировую имперскую державу, первую по вооружению и одну из самых нищих — по уровню жизни. «Дебрежневизация» , через которую проходил путь Андропова к власти, привела к переоценке им государственных приоритетов. Они переместились с внешней политики, где не так-то просто было перекрыть достижения Брежнева, на внутреннюю: экономические вопросы (такие, как реорганизация производства, упорядочение планирования и управления) и социальные задачи — усиление контроля над личностью и борьба с коррупцией. Именно этим объяснялась определенная склонность Андропова к реформам, но при этом — только в естественных для системы, т. е. тоталитарных пределах, определяемых советским социалистическим контекстом. Легко предсказать, что утверждение Черненко также обязательно будет сопровождаться отказом от реформ Андропова.
Однако история советской России и на сей раз пойдет по традиционному пути. Предстоит новая борьба за власть в Кремле, и победа Черненко — только эпизод в ней. В конечном итоге к управлению партией и государством придут другие политические лидеры. Они, быть может, будут более самостоятельными и уверенными в себе, возможно, более современными — у них появится опыт знакомства с Западом. Но они останутся пленниками коммунистической системы, рабами марксистской идеологии. А посему вынуждены будут оставаться такими же осторожными и такими же нерешительными и консервативными, как их предшественники. Море ненависти между ними и народом не станет меньше. В укладе советской жизни не произойдет существенных изменений, жизнь простого человека останется тяжелой; возможно, несколько менее тяжелой, а, возможно, и более. И это даже не зависит от намерений будущих генсеков. В ходе развития коммунистической системы они полностью потеряют контроль над социальным управлением, над производительностью труда и технологией производства. Так что стандарт жизни советского народа будет диктовать социальная стихия. Советская элита, как и сейчас, будет наслаждаться многочисленными материальными привилегиями. Полицейский аппарат будет жестоко карать (может быть, меньше, чем сейчас, а может быть, и больше) тех, кто станет требовать свободы и равенства. Для простого народа изменений не предвидится: рабочие, как и раньше, будут выпивать «на троих» под соленые огурчики (а чаще «под сукнецо») , обсуждать и осуждать моральный облик соседа или начальника, жениться не в первый раз, разводиться не в последний раз, спорить о справедливости и о правах. И ждать. И надеяться. И верить в «светлое будущее».
И, по-прежнему, на Западе будут дебатироваться вопросы: как это на высшем уровне советской власти — в Политбюро — не понимают, что тоталитаризм антинационален, антинароден, античеловечен? Как это секретари ЦК, вроде бы мыслящие люди, не видят необходимости социальных реформ? Ведь они не могут не любить свой народ, не могут не думать о его будущем... В таком подходе к России проявляется не одна - три ошибки. Первая: партократическая селекция не выводит на олигархическую орбиту умных и способных людей. Вторая: эти люди не получают достаточного образования и воспринимают действительность не всеобъемлюще, а узко — сквозь призму собственных интересов. Третья: в этом мире нет чувств, в том числе и любви к народу. Могут быть только разговоры о чувствах, да и то — о собственных. А если иной раз в них все же пробиваются побеги совести, они срезаются страхом. Такова тенденция во всех углах трапеции советской власти. Общая для нее и в каждом углу — своя.
ПРИМЕРЫ: «Политбюро уверено, что Константин Устинович Черненко на посту Генерального секретаря ЦК КПСС будет достойно возглавлять боевой штаб нашей партии». («3а рубежом», 1984, № 8, с. 3.) «...как отмечал в своем докладе на Пленуме Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев, «империализм явно задался целью испытать волю народов к миру...» («Агитатор», 1980, № 19, с. 36.) «В связи с избранием тов. К. У. Черненко Генеральным секретарем ЦК КПСС в его адрес поступили многочисленные телеграммы и письма с сердечными поздравлениями...» («Известия», 21 февраля 1984, с. 1.)

Источник: Политология. Классики науки. Термины. Тесты. 2012 г.

|

Найдено научных статей по теме — 3

Читать PDF
0.00 байт

Региональная интеграция развивающихся стран. Интервью с Генеральным секретарем лаг (2001-2011 гг. )

Савичева Е.М.
Амр Муса является одним из наиболее опытных дипломатов с богатым опытом работы в международных организациях. В 1958-1972 гг. он работал в нескольких департаментах и египетских зарубежных миссиях, включая миссию в ООН.
Читать PDF
0.00 байт

МОЛОДЕЖНАЯ КОНЦЕПЦИЯ В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ГЕНЕРАЛЬНОГО СЕКРЕТАРЯ СССР Л.И. БРЕЖНЕВА И ПРЕЗИДЕНТА РФ В.В.

Алексеев Сергей Валерьевич, Шумилова Ольга Владимировна
Мировая практика неоднократно показывала, что политические лидеры способны оказывать влияние на молодежную сферу и направлять потенциал молодежи в необходимое русло.
Читать PDF
165.19 кб

Международный год пожилых людей (выдержки из доклада генерального секретаря ООН на 53 сессии Генерал

Похожие термины:

  • Генеральный секретарь ООН

    главное административное должностное лицо ООН, возглавляет Секретариат ООН. Назначается Генеральной Ассамблеей ООН по рекомендации Совета Безопасности ООН. Участвует во всех заседаниях главных
  • ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ

    согласно Уставу ООН (ст. 97) является главным административным должностным лицом Организации. Назначается Генеральной Ассамблеей ООН по рекомендации Совета Безопасности ООН. Г.с. ООН действует в э