КЛЕКОВ Николай ВасильевичКЛЕПАЦКАЯ Лариса Дмитриевна

КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ

Найдено 1 определение:

КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ

1773–1859)   Князь, австрийский государственный деятель и дипломат. Министр иностранных дел Австрии и фактически глава австрийского правительства (1809–1821); австрийский канцлер (1821–1848). Председатель Венского конгресса (1814–1815), добился принятия решения о создании Германского союза во главе с Австрией. Заключил тайный тройственный союз с Великобританией и Францией (Венский договор 1815 года). Был одним из организаторов Священного союза. Клеменс Венцель Лотарь Напомук граф Меттерних-Виннебург родился в Кобленце 15 мая 1773 года. Его отец Франц Георг Карл, происходивший из древнего рейнского дворянского рода Гемберг, был государственным министром и наследственным камергером на службе князей Трира и Майнца. В год рождения своего первого сына он перешел на императорскую дипломатическую службу. Сначала воспитанием Кменса занималась его мать, графиня Мария Беатриса Алоизия. исходила из древнего рода в Брейсгау. Первыми учителями Клеменса были сменившие друг друга два монаха из ордена иезутов и француз Фредерик Су, будущий член якобинских клубов в Страсбурге и Париже. В ноябре 1788 года Меттерних поступил в Страсбург университет, где обучался естественным наукам, медицине. В Страсбурге, правда предпочитал развлечения сессийным занятиям. В столице Эльзаса Клеменс проучился всего 2 года, после чего перешел в университет Майнца, где зантимался на факультете права до 1792 года. Еще при короле Леопольде отец Меттерниха был назначен полномочным министром при генеральном правительстве австрийских Нидерландов (Бельгии). Клеменс поехал к отцу осенью 1792 года. В составе правительственной делегации он посетил Англию, где познакомился с английскими политиками Питтом Младшим, его оппонентом Фоксом, а также с Берком и Греем. Осенью 1794 года Меттернихи были вынуждены переехать в Вену, так как к Брюсселю приближались французские войска. Вскоре французы заняли территорию на левом берегу Рейна, где находилась значительная часть владений и имущества Меттернихов. Канцлер Австрийской империи Хауниц, встречавшийся с Меттернихом во Франкфурте, отзывался о нем как о «красивом и приятном человеке и отличном кавалере». Эти качества обеспечивали ему успех не только в светском обществе, но и в дипломатии. О Меттернихе говорили как о будущем австрийском посланнике в Гааге, но захват Голландии французами разрушил этот проект. Еще до появлении Клеменса в Вене его мать, женщина умная и знатная, решила женить сына на внучке Кауница. Благодаря браку, заключенному 29 сентября 1795 года с графиней Элеонорой Кауниц, дочерью принцессы Оттинген-Шпильберг, Меттерних вошел в элиту габсбургской империи. Элеонора принесла ему в приданое два поместья. Через много лет Клеменс говорил, что жена его имела исключительные достоинства, была остроумной и находчивой и благодаря своему кроткому характеру сделала его жизнь счастливой. Супруги прожили вместе тридцать лет, до смерти Элеоноры. Она родила семерых детей, но большинство их них умерло в раннем детстве. После женитьбы Меттерних по-прежнему занимал скромные должности. Он следил за государственными делами и находил, что они ведутся не «как следует», но не позволял себе говорить об этом. В 1798–1799 годах Меттерних в качестве личного секретаря отца, а затем уполномоченного католической части вестфальской графской коллегии, принимал участие в Раштаттском конгрессе, призванном установить новые границы между Францией и Священной Римской империей германской нации. Однако достичь компромисса не удалось. Впрочем, Меттернихи могли быть довольны: они получили компенсацию за захваченные французами их владения. В 1801 году Клеменс был направлен в Дрезден в качестве посланника австрийского императора. Молодой дипломат должен был теснее привязаться к австрийским интересам саксонского курфюста Фридриха Августа. Перед отъездом в Дрезден Меттерних сочинил меморандум о принципах, которых хотел бы придерживаться во внешней политике. В числе прочих он упоминал о европейском равновесии. Однако жизнь в Дрездене была тихой и скучной. О чем же писать в дипломатических депешах, если ничего не происходит? Английский посол Эллиот поделился с Клеменсом тайной дипломатической кухни: «Если мне становится известно что-либо такое, что может заинтересовать мое правительство, то я информирую его об этом; если не узнаю ничего нового, то новость выдумаю сам, а в следующей почте опровергну. Таким образом, у меня никогда не бывает недостатка в темах для корреспонденции». В феврале 1803 года Франц I назначил Меттерниха своим полномочным министром в Берлине. На этот раз целью дипломата было склонить Пруссию присоединиться к антифранцузскому союзу. Однако старания Меттерниха, нашедшего поддержку у русского посланника Аллопеуса, не приводили к реальным результатам. И только приезд Александра I в Потсдам положил конец колебаниям прусского короля. 3 ноября 1805 года Фридрих Вильгельм III заключил тайный договор с русским царем. Меттерних также подписал этот Договор. Новым местом службы для него стал Париж, куда он приехал 5 августа 1806 года. Здесь ему предстояло проявить весь свой дипломатический талант, чтобы преодолеть трудности, с которыми была сопряжена роль австрийского посланника. После поражения под Аустерлицем Австрия вынуждена была заключить с Францией унизительный для себя Пресбургский мир (1805), который стоил ей пятой части территории. Министр иностранных дел Австрии граф Штадион поставил перед своим парижским посланником трудную задачу: добиться смягчения условий этого договора. О своих отношениях с Наполеоном Меттерних любил вспоминать до конца жизни и нередко проводил параллель между собой и французским императором. Он изображает свои отношения к Наполеону в виде партии в шахматы, «…во время которой мы зорко следили друг за другом: я — чтобы обыграть его, он — чтобы уничтожить меня вместе со всеми шахматными фигурами». Однако вряд ли Наполеон, увлеченный глобальными планами, уделял исключительное внимание австрийскому посланнику. Как только Меттерних приехал в Париж, французское правительство вступило в переговоры с ним относительно точного проведения границ между Австрией и итальянскими областями. Французский министр иностанных дел Шампаньи предложил ему подписать заранее заготовленный проект договора. Когда Меттерних попытался затянуть переговоры, ему дали понять, что Наполеон может потребовать дополнительных территориальных уступок со стороны Австрии, например Триеста. Меттерних тут же подписал первое предложение, оправдывая перед австрийским правительств свою поспешность «наглыми и бесстыдными угрозами французской дипломатии». Находясь в Париже, австрийский посланник внимательно наблюдал за изменениями французской политики. Когда Наполеон пожелал видеть Австрию союзницей в борьбе против России, Меттерниху удалось подписать официальный документ, смягчавший условия Пресбургского мира (1 сентября 1807 года). Однако мысли о реванше не давали венскому двору покоя. В 1809 году Австрия начала военные действия. Меттерних, который уже не мог повлиять на решения Наполеона, покинул Париж. Как известно, война закончилась для австрийской армии весьма быстро и печально. 8 июля граф Штадион подал в отставку. В течение почти четырех месяцев Меттерних выполнял его обязанности, хотя и числился советником императора Франца I. Таким образом, вся ответственность за пораженение перед Францией и ее печальные последствия возлагались на Штадиона. 8 октября 1809 года Меттерних официально занял пост министра иностранных дел и уже 14-го числа без всяких колебаний подписал в Шенбруннском дворце мирный договор с Францией. Австрия шла на значительные территориаальные уступки, обязывалась порвать отношения с Великобританией, присоединиться к континентальной блокаде, сократить армию. К тому же Наполеон потребовал большой контрибуции. Единственной политикой, которую Меттерних считал теперь возможной и выгодной, была дружба с Наполеоном, пока какая-нибудь счастливая случайность не избавит Европу от власти Бонапарта. Одно непредвиденное обстоятельство, вскоре после заключения Венского (Шенбруннского) мира, помогло Меттерниху выполнить первый пункт своей программы — сближение с Францией. В конце ноября 1809 года Меттерних узнал, что Бонапарт окончательно решил расстаться с императрицей Жозефиной. Наполеон просил руки русской великой княжны Анны, но царь отказал ему. Меттерних сделал все от него зависевшее, чтобы женить французского императора на австрийской принцессе. Не прошло и четырех месяцев со времени заключения Венского мира, как был подписан брачный контракт между дочерью императ Франца, Марией Луизой, и Наполеоном. В июле 1810 года Меттерних докладывал своему императору: «Существеннейшей выгодой является то, что он облегчил наше безнадежное положение. При нашей полной дезорганизации, внутренней и внешней, мы получили передишку». С помощью династических браков Австрия стремилась добиться того, чего не могли ей дать нескончаемые войны. Вместе с будущей императрицей в Париж поехал и Меттерних. За пол года ловкому царедворцу и хитрому дипломату удалось приобрести симпатии и узнать тайные желания французского общества и, главным образом французского императора. Меттерних часто встречался с Наполеоном и подолгу с ним беседовал. Из всех этих разговоров он сделал главный вывод: цель и тактика Наполеона остаются прежними. «Я не ожидаю, — пишет дипломат с грустью императору Францу, — что брак с австрийской эрцгерцогиней в состоянии остановить завоевательные стремления Наполеона». Меттерних подписал торговое соглашение с Францией. Кроме того, Наполеон отменил один из пунктов секретного дополнения к Шенбруннскому договору, который ограничивал австрийские вооруженные силы 150 тысячами человек. В середине октября 1810 года Меттерних вернулся в Вену. В надвигающейся войне между Россией и Францией император Франц предпочел бы сохранить нейтралитет, но Наполеон настаивал на содействии Австрии и склонил ее к заключению союзного договора 14 марта 1812 года. Многие историки считают этот договор мастерским творением меттерниховской дипломатии, ибо он давал Австрии право в минимальной мере участвовать в войне и в максимальной — поживиться при заключении мира. Вена обязывалась поставить так называемый наблюдательный корпус из 30 тысяч человек. Австрия не принимала активного участия в войне с Россией. После поражения Наполеона Меттерних отверг требования русских, чтобы австрийская армия преследовала остатки отступавших французских войск. Столь же решительно он отразил и натиск Наполеона, выражавшего надежды, что та же армия не позволит русским перейти через Вислу. Главной целью Меттерниха было добиться свободы в ведении переговоров. Он объяснял императору свою позицию следующим образом: «…в начале 1813 года Австрия представляется сильной в результате слабости двух императорских дворов… Будучи в этом убежденными, мы придали всем нашим действиям по отношению к Франции черты той независимости, ощущение которой должно проявляться каждый день». После заключения перемирия между Францией и русско-прусской коалицией (4 июня 1813 года) Меттерних предложил Наполеону посредничество Австрии для достижения всеобщего мира. Вена соглашалась предоставить Наполеону всю Италию и Голландию, левый берег Рейна и протекторат над западной Германией; взамен же требовала возвращения себе провинций, отнятых у нее после войны 1809 года, восстановления власти Пруссии в западной Польше и уступки Францией северогерманских областей, захваченных ею после 1801 года. 26 июня 1813 года состоялась знаменитая встреча Наполеона и Меттерниха в Дрездене. В течение девяти часов австрийский дипломат пытался убедить Бонапарта начать мирные переговоры и признать австрийское посредничество. Но так ничего и не добился. Меттерних пришел к выводу, что мир с Францией невозможен до тех пор, пока не сокрушено могущество Наполеона. Бонапарт, правда, согласился продлить уже заключенное перемирие с Пруссией и Россией до 10 августа и прислать делегатов на посредническую конференцию, созванную Пруссией. Но по его же вине эти переговоры были сорваны. 12 августа 1813 года Австрия примкнула к антифранцузской коалиции (Россия, Пруссия, Англия, Швеция). Вступив в Большой альянс последней, Австрия тем не менее захватила и политическое, и военное руководство. В этом была прежде всего заслуга Меттерниха. Например, Александр I предлагал назначить главнокомандующим объединенными войсками генерала Моро, однако австрийский дипломат настоял на кандидатуре своего земляка Щварценберга — иначе, заявил Меттерних, Австрия выйдет из коалиции. Царь вынужден был отступить. Благодаря тому, что Австрия имела решающий голос в принятии исторических решений — меттерниховское «искусство правильного взгляда», — она на целое десятилетие определила расстановку сил. Не случайно современники называли Меттерниха «кучером Европы». 9 сентября 1813 года Меттерних подписал в Теплице новый австро-российский союзный договор, а затем такой же договор с Пруссией, имевший большое значение для будущего равновесия сил в Европе. На конгрессе в Шатильоне (февраль — март 1814 года) Меттерних предложил Наполеону самые выгодные условия мира; но ответные требов французского уполномоченного оказались невыполнимыми даже для миролюбивого австрийского императора, и 4 марта союзники подписали в Щецине трактат, в котором прежде всего подтверждалась готовность вести войну против Франции до победного конца. В начале июня 1814 года государи-союзники и их министры переправились через Ла-Манш, чтобы встретиться в Лондоне с принцем-регентом Георгом. Они хотели договориться о принципиальных основах посленаполеоновского устройства Европы, однако сделать это в силу разных при не удалось, что очень огорчило Меттерниха. Венский конгресс, который Меттерних хотел созвать уже в 1814 году, начался лишь 1 октября и продлился не шесть недель, как предполагал австрийский министр, а три четверти года. Глава австрийской делегации князь Меттерних на правах хозяина взял на себя и роль председателя всех частных совещаний. Ловкий и гибкий политик, отличавшийся артистическим умением лгать, он всячески старался поддержать свою репутацию человека ленивого и легкомысленного, наделенного делами и ушедшего с головой в светские развлечения. Однако в действительности ни рассеянный образ жизни, ни многочисленные амурные похождения не мешали австрийскому министру упорно и настойчиво проводить свою политику. Меттерних часто прибегал к тактике выжидания. По словам Талейрана, его искусство заключалось в том, что он заставлял других терять время, думая, что выигрывает его. Хорошо знакомый с положением при европейских дворах, Меттерних использовал в своей политике как собственные наблюдения, так и, в большей мере, донесения многой направленных официальных и тайных агентов. «Во мне вы видите главного министра европейской полиции. Я слежу за всем. Мои связи таковы, что ничто не ускользает от меня», — с гордо говорил он герцогу Дальбергу в 1817 году. Основной принцип своей политики Меттерних сформулировал уже после 1815 года: «В Европе есть только одна проблема — революция». Страх перед революцией, борьба с освободительным движением во многом определяли действия австрийского министра до, и после Конгресса. Одной из главных задач для австрийской дипломатии на этом конгрессе стало сохранение государственности Саксонии. На протяжении всего столетия Саксония служила своего рода буфером между двумя главными германскими державами, прикрывая Австрию с севера. В своем стремлении сохранить Саксонское королевство Меттерних готов был использовать любые средства. Так, осенью 1814 года им было инспирировано выступление группы офицеров в Саксонии, требовавших возвращения короля Фридриха Августа. Деятельность этой группы была прекращена лишь под угрозой ареста ее участников. Меттерних не одобрял планы русского царя в отношении Польши, ибо распространение влияния России в Европе на запад могло угрожать Австрии, разумеется, он не мог допустить и расширения Пруссии в южном направлении за счет аннексии Саксонии. При этом Меттерних хотел видеть Пруссию союзником, так как строил будущее центральной Европы на австро-прусском сотрудничестве. Таким образом, перед австрийским министром иностранных дел стояло столько дилемм, что он боялся принять то или иное решение, чтобы не подорвать другие интересы. Меттерних, салонный политик, мастер маневров и компромиссов, занимал выжидательную позицию. Его главным оружием было то, что при любом «легитимном» решении нельзя было обойтись без его согласия. Он делал все, чтобы разделить эти два вопроса — польский и саксонский и, ослабив своих соперников поодиночке, сохранить за собой роль арбитра. Поэтому он занял оборонительную позицию, что было самым выгодным. Одному из делегатов Меттерних сказал: «Я построил укрепления из времени и превратил терпеливость в свое оружие». В течение нескольких недель он бывал неуловим; чередовал свои действительные болезни с дипломатическими, подлинные любовные аферы с вымышленными, конгресс его стараниями увязал в балах, приемах и театральных представлениях. Знаменитой стала реплика старого князя Карла де Линя: «Конгресс вперед не идет, а танцует». При чтении множества документов, воспоминаний, мемуаров и писем самого Меттерниха, которому исполнился тогда 41 год, у историка не может не возникнуть впечатления: для этого человека, похвалявшегося в одном из писем, что ведет за собой 20 миллионов людей, политика была игрой, которой он предавался лишь ради того, чтобы изумлять своих любовниц. Жесткий реалист, почти циник в делах политических, дома, усаживаясь за письменный стол, он становился романтиком и писал женщинам самодовольные и даже слезливые письма. Так он делал всю жизнь, менялись только события и женщины… В ходе работы конгресса, 3 января 1815 года, по предложению Каслри за спиной Александра был заключен тайный оборонительный договор Франции, Австрии и Великобритании против Пруссии. Но, как известно, все тайное рано или поздно становится явным. В марте 1815 года при вступлении в Тюильри, откуда накануне Людовик XVIII в смятении бежал в Бельгию, Наполеон нашел на столе экземпляр этого секретного договора. Наполеон тотчас отправил его с курьером царю Александру, надеясь склонить его на свою сторону. Прочитав соглашение, заключенное за его спиной партнерами, разгневанный Александр I позвал к себе Меттерниха и молча подал ему этот продукт его дипломатической деятельности. Царь нисколько не сомневался, что инициатором пакта был именно Меттерних. Для австрийского министра иностранных дел все это оказалось такой неожиданностью, что, пожалуй, впервые в жизни он растерялся и не знал, что сказать. Однако Александр, насладившись несколькими минутами неловкой растерянности своего собеседника, тем не менее заверил его, что противник у них один — Наполеон… 11 февраля 1815 года коалиционные министры «большой пятерки» достигли согласия. Они перекроили карту Европы и определили новые границы. Австрия получила польскую Галицию и Тернопольскую область, а также обеспечила себе влияние во всей Италии, о которой Меттерних сказ «Это всего лишь географическое понятие». К Австрии была присоедини часть Северной Италии, Ломбардия, владения Венецианской Республики и Зальцбург. Что касалось объединения Германии, то Меттерних предложил, а конгресс согласился и принял решение создать некое федерализированное образование — Немецкий союз, в котором Австрия и Пруссия вмест другими 37 малыми немецкими государствами являлись бы членами специально учреждаемого «немецкого сейма», или «сейма Немецкого союза». Были там представлены и чешские земли. Однако решения сейма вступали в действие лишь после утверждения соответствующим правительством. После этот сейм стали весьма метко называть сборищем болтунов. Таким образом раздробленность Германии предполагалось сохранить, чего, собственнао и добивался Меттерних. В большой политике Австрия постоянно подвергалась опасности оказаться в изоляции или попасть в зависимость от более сильных. Благодаря Меттерниху удалось-таки привлечь на свою сторону Пруссию и на долгие годы превратить ее в своего рода «младшего партнера» габсбургской империи; таким образом он приобрел решающее влияние на мелкие и среде государства, прежде всего, Южной и Центральной Германии. 26 сентября 1815 года по инициативе русского царя был объявлено об образовании Священного союза, а 20 ноября четыре державы — Англия, Австрия, Россия и Пруссия — подписали союзный договор. Четыре великие державы заложили фундамент новой «политики безопаности», основанной на постоянных взаимных контактах. Позже Меттери приписывал себе авторство проекта постоянной конференции послов, регулярного проведения конгрессов глав государств и их министров иностранных дел. В результате прежняя двусторонняя дипломатия получила новые измерения, став дипломатией конференционной. Вся эта система, которой история дала название «системы Меттерниха» (система «М»), не просуществовала и десяти лет. Система «М» не отличалась особой концептуальностью. Она была продиктована прежде всего интересами момента. С 1818 года и до самой своей отставки в 1848 году Меттерних стремил поддерживать систему абсолютизма, созданную Священным союзом, усилия расширить основы или изменить формы правления, он подводил всех под одну мерку, считая их порождением революционного духа. Меттерних называл себя «лекарем революций». Он писал: «Наше общество находится в упадке. Ничто не находится в покое… Общество достигло своего зенита. При таких обстоятельствах идти вперед означает скатиться вниз. Такие периоды кажутся современникам долгими, но что значит два-три столетия в анналах истории?» Меттерних руководил Европой. Он был дипломатом, человеком европейской кабинетной политики. Он блистал в салонах, производил впечатление на дипломатических переговорах, проявлял по отношению к подчиненным решительность, а по отношению к равным себе — независимое превсходство, он был мастером в обхождении с коронованными особами и членами правящих домов. Меттерних поднимался по лестнице власти. В 1816 году благодарный император, которому он помог сохранить трон и страну, подарил ему Иоганнесбург, замок в Рейнгау, а в 1821 году назначил его канцлером дома, двора и государства, чтобы тем самым подтвердить особое положение уже почти 50-летнего Меттерниха, который в течение двенадцати лет определял политический курс Австрии. «Именно Вам я больше всех обязан почетным политическим положением моей монархии», — говорил Франц. Могущество Меттерниха достигло апогея в 1815–1823 годы, в так называемую эпоху конгрессов. Он фактически распоряжался судьбами Германии и Италии. Его влияние распространилось на Россию, Францию и даже на Англию, чей министр иностранных дел Каслри был его другом. К нему обращались за советом короли и министры. Меттерних усмирял революции, задавал направление внешней политике держав. России он советовал закрыть библейские общества, Франции — упразднить закон о печати и установить предварительную цензуру. Он думал и действовал за всех, выступая то в роли строгого обличителя, то в роли снисходительного друга и советника. В 1820 году в Италии, которая вошла в состав Австрии, произошли революционные беспорядки, причем и на севере, и на юге — в королевстве Неаполитанском и Сицилийском. Восставшие боролись за конституцию и против иноземного господства, то есть против Австрии. Конгресс в Троппау (1820), перенесенный в Лайбах (1821), обязал Австрию силой оружия восстановить в Италии покой и порядок. Меттерних был на вершине славы. «Меня здесь ожидают, как Мессию, который должен спасти грешников, — писал он из Италии. — Королю объединенной Италии не устроили бы такой встречи, какую устраивают мне». В 1821 году Греция восстала против турецкого владычества. Нетрудно понять, как должен был отнестись Меттерних к греческому восстанию. С одной стороны, оно угрожало владычеству Турции, которое являлось одним из догматов австрийской политики на Востоке. С другой стороны, греческие повстанцы были теми же карбонариями, по выражению Меттерниха, которые восстали против своего законного государя. На Веронском конгрессе (1822) австрийскому канцлеру удалось склонить на свою сторону императора Александра и удержать его от заступничества за Грецию. В 1824 году в Петербурге были созваны две конференции по греческому вопросу, но они не дали результатов. Меттерних рассчитывал на добрую волю Османской империи, тогда как Турция надеялась на вооруженную помощь для подавления восстания. Первую скрипку в греческом конфликте суждено было сыграть не Меттерниху, а его главному оппоненту, приверженцу либеральных реформ англичанину Джорджу Каннингу. Благодаря усилиям министра иностранных дел Англии, а также России и Франции, греки обрели автономию. Впервые Меттерних оказался на обочине европейской политики. Это был удар не только по политической системе великого австрийца, но и его колоссальному самолюбию. Меттерних становился все более и более непримиримым консерватором. Свое влияние он прежде всего использовал в Пруссии, особенно для преследования либеральной печати и устранения свободомыслия, а затем ту же практику перенес и в земли Австрийской монархии. Здесь полиция получила приказ делать все, чтобы в пределах монархии не возникали «заговоры сектантов, либералов и революционеров». От нее требовалось разоблачать и пресекать любую попытку «занести яд недовольства и новшеств в императорско-королевские земли», «злых или подозрительных индивидуумов… держать на крепкой узде и надежно обезвреживать». Меттерних стремился законсервировать все то из старых порядков, что способствовало сохраненению исключительного положения феодальной знати и укреплению монархи но, с другой стороны, положительно относился к промышленной революции и ее последствиям, требовал повысить образованность населения, весьма быстро понял значение строительства железных дорог для развития экономики. Тем не менее он не помешал реакционному духу овладеть имперским двором. Однако события все чаще выходили из-под контроля австрийского канцлера. Греции обрела независимость, во Франции произошла Июльская революция (1830). Революционные волнения возникли и в Южной Германии. Правда Меттерниху удалось справиться с выступлением и провести через сейм декрет об учреждении комиссии для надзора за политическими процессами в Германии. Около 2000 человек были преданы суду. «Моя самая сокровенная мысль, — писал канцлер 1 сентября 1830 год главе российского Министерства иностранных дел Нессельроде, — заключается в том, что наступило начало конца старой Европы. Я решился погибнуть вместе с ней, исполнив предварительно свой долг». Тем не менее Меттерних не терял надежды изменить ситуацию. Революционные события он счел прекрасным поводом сблизиться с русский двором. Для закрепления русско-австрийской дружбы в октябре 1830 года в Вену приезжал граф Орлов, а три года спустя в Мюнхенгреце состоялось первое свидание двух императоров. Там была принята резолюция, обязывающая монархов — России, Австрии и Пруссии — являться на помощь, если какому-либо европейскому государству будет угрожать внутренняя или внешня опасность. Таким образом, вместо Священного союза возник новый союз трех северных держав. После смерти Франца I канцлер Австрии уже не обладал абсолютной властью: состояние императора Фердинанда граничило с неспособностью к правлению, поэтому наиболее важные вопросы с 1835 года решал Государственный совет. Правда, Меттерних и при новом императоре сохранил пост первого советника. 28 февраля 1835 года Франц I завещал сыну: «…Доверяй князю Меттерниху, самому верному моему слуге и другу, так же, как доверял ему я ему эти долгие годы. Не принимай решений, ни по общественным делам, ни отдельных личностях, не узнав предварительно его мнения об этом». Хотя консервативный дух господствовал в правительствах Европы, Меттерних не был спокоен за будущее. То тут, то там возникали волнения. Восшествие на папский престол папы Пия IX (1846) послужило в Италии сигналом для либеральных и национальных реформ, вскоре распространившихся на Венгрию и Богемию. Меттерних тщетно пытался подавить их. Даже прусский король Фридрих Вильгельм IV сочувствовал либеральным идеям. В октябре 1847 года Меттерних писал графу Анжио, австрийскому посланнику в Париже: «Дорогой граф, я стар и опытен. Я глубоко убежден, что та стадия, в которой находится теперь Европа, самая опасная из всех, какие приходилось переживать нашему обществу за последние шестьдесят лет». Предчувствия не обманули Меттерниха. Революция вспыхнула, причем даже раньше, чем он предполагал. В течение месяца она охватила Италию, Францию. Германию. Наконец пришла в Вену. 12 марта 1848 года делегация от буржуазии и интеллигенции передала австрийскому императору петицию с требованием свободы печати, введения парламентского правления, выборного суда и полной отмены системы Меттерниха. 13 марта Меттерних был вынужден подать в отставку. После чего он сказал: «Я исполнил свой долг и прошу Бога, чтобы мое удаление послужило во славу и счастье родины». Сорок семь лет прослужил Меттерних габсбургскому государству, поднял его из глубочайшей пропасти во времена Наполеона и вывел в ведущие державы континента. И такой печальный конец. Отставка канцлера была встречена австрийцами с неописуемым восторгом. 14 марта была дана свобода печати и организована национальная гвардия из граждан для охраны общественного порядка. Сам же Меттерних вынужден был искать убежище в Англии. Находясь в изгнании в Англии и Бельгии, он вел светскую жизнь. Князь возобновил дружбу с Веллингтоном и много беседовал с лидером консерваторов Дизраэли. Не было ни одного политического события, о котором Меттерних не высказал бы своего суждения. Он снова стал лидером всех консервативных сил континента. В 1852 году Меттерних вернулся в Вену. Император Австрии часто советовался со старым государственным мужем, но на должность не приглашал, что очень огорчало старика. До конца своих дней Меттерних сохранил ясность рассудка. Он внимательно следил за развитием войны между Австрией и Францией, которая явилась на помощь пьемонтскому королю. Но чем завершился конфликт, так и не узнал. Меттерних умер 11 июля 1859 года 86 лет от роду. До конца своих дней Меттерних оставался поклонником женской красоты, на его счету множество любовных авантюр и несколько «великих» привязанностей. Он был трижды женат: тридцать лет на графине Элеоноре Кауниц. После ее смерти избранницей Меттерниха стала Антуанетта Лейкам, которая была моложе его на 33 года, но в 1829 году, через несколько дней после рождения сына Рихарда, она умерла. Два года спустя князь женился на 26-летней графине Мелании Зичи-Феррарис, темпераментной, интеллигентной и своенравной молодой даме, которая боготворила супруга, хранила ему верность, разделила с ним падение, изгнание, старость и умерла в 1857 году. Есть много свидетельств того, что князь в трех своих браках был любящим, заботливым, внимательным супругом и отцом. Меттерних до конца своих дней писал мемуары и упивался воспоминаниями о времени, когда председательствовал в Европе, когда сильнейшие из сильных мира сего добивались его благосклонности, когда континент находился в движении и он мог словом, решением, интригой изменить направление этого движения, а в благоприятном случае и временно втиснуть его в прокрустово ложе своих концепций и политических схем. Он служил нескольким императорам, пережил трех жен, раньше него ушли в мир иной и три его возлюбленные — русская княгиня Багратион; всегда элегантная и сказочно прекрасная герцогиня Вильгельмина Заганьская и умная, но холодная, как лед, восхитительная княгиня Доротея Ливен, жена русского посла при русском дворе.      

Оцените определение:
↑ Отличное определение
Неполное определение ↓

Источник: 100 великих дипломатов

Найдено схем по теме КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ — 0

Найдено научныех статей по теме КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ — 0

Найдено книг по теме КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ — 0

Найдено презентаций по теме КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ — 0

Найдено рефератов по теме КЛЕМЕНС ЛОТАРЬ ВЕНЦЕЛЬ МЕТТЕРНИХ — 0